Музыка одиночества

Ах, Джейми, Джейми… Хороший ты человек. Раньше, когда хорошему человеку было плохо, получался блюз. А сейчас – не пойми чё. В хорошем смысле слова «чё». Журналисты могут именовать это инди-роком, пост-панком, сайко-фолком или еще чёрт знает как, но на самом деле издревле это называлось «криком души». Иногда ведь душа поет, а иногда – кричит. Однако, это не мешает нам называть эти звуки музыкой. 

Если взглянуть исторически, Xiu Xiu в «Гоголе» - это целая эпоха, ветхая веха в развитии независимой музыки нового времени в Москве. Лет 6 назад еще один хороший человек по имени Максим Сильва-Вега, в ту пору еще работавший в клубе «16 Тонн» и уже привозивший интересных музыкантов из Европы, задумал сделать свой фестиваль, альтернативный всему, что было до этого, свежий, как средиземноморский ветер, и яркий, как солнце Андалусии. За чашечкой ирландского ко-о-офэ пылкий Макс, наполовину испанец, с горящими глазами описывал будущее города, в которое ворвется с Запада новый звук и растормошит его обитателей, убаюканных привычным суповым набором отечественных рок-групп. Я и другие околомузыкальные писаки вдохновились, поддержали – и мечты стали явью.
 
Первый независимый Avant Fest благополучно состоялся в мае 2004 года. Состоялся во дворе недавно открывшегося клуба «Гоголь», а хэдлайнером его был, как вы уже догадались – Xiu Xiu. Был славный весенний вечер, затянувшийся, не желавший уходить, лучи закатного солнца как будто попались в колодец двора, освещали розовым цветом сцену долго-долго, придавая всему происходящему флер волшебства. Чесслово, всех выступавших тогда забыл, кроме «Шью Шью» (так они по-китайски правильно произносятся – фильм был такой, «Сосланная»). Мы с друзьями их уже к тому времени запоем качали «сусликом» и записывали друг другу на подарочных CD в числе прочего «прогрессивного музла». Анонсируя Xiu Xiu на основе прослушанных альбомов, написал тогда следующее: «Невыносимо искренний, до отвращения откровенный вокал американца Джейми Стюарта на фоне гениально простого саунда – беспочвенных клавиш, электронного скрежета и воя, драм-машинного ритма. Меланхоличные истерики в духе Роберта Смита из The Cure возведены в куб, обитый изнутри войлоком, в котором мечется необлеченная в стандартные формы «куплет-припев» музыка. Тихое домашнее безумие» - и от своих слов не откажусь и сейчас. А тогда на сцене появились двое – плотно сбитый парень с прической в стиле «Hitlerjugend», мучавший микрофон, и хрупкая девушка, терзавшая бас-гитару. Наверное, было холодно – май был незрелый еще, терпкий – но и музыкантов, и зрителей била какая-то нервно-паралитическая дрожь, странная физиологическая смесь из драйва, необычайно высокого эмоционального накала и банальной холодрыги…
 
Впрочем, мой экскурс в историю неприлично затянулся. Вернемся в Gogol’ образца 2009 года. Сцена перекочевала в уютный зал с гигантскими багровыми абажурами, за бортом отходил от тридцатиградусных морозов простуженный мегаполис. Первым, кого мы встретили, был Сильва-Вега собственной персоной, счастливый, улыбающийся – он отмечал свой день рожденья. Повспоминали молодость Avant Fest’а, чуть не прослезились. Макс ушел к своим гостям, собравшимся за большим столом. Вскоре к ним присоединился какой-то плотно сбитый парень с прической в стиле «Hitlerjugend»… Батюшки светы, да это ж он! Джейми Стюарт. С чемоданчиком, набитым аппаратурой. Без девушки-басистки. Выпив шампанского за виновника торжеств и побеседовав со всеми охочими до бесед, Стюарт отправился на сцену.
 
Это был действительно очень странный концерт. Длился он минут 40-45 от силы. Практически все композиции были сыграны в минималистичном формате – вокал плюс электрогитара с незатейливым дисторшном в качестве эффекта. Только знаменитый свой хит Fabulous Muscles образца того самого 2004 года Джейми исполнил на карликовом ручном синтезаторе неизвестной породы, чей клавиш был так уж мал, так уж мал, что тыкать в него надо бы было пищевыми палочками из «Якитории». Очень не хватало барабанов. Поначалу не оставляло ощущение, что слушаешь минусовую фонограмму, из которой вырезали ритм-секцию. При этом драйв никуда не девался, поэтому приходилось яростно отстукивать недостающий бит ногой, отчего та подустала и была заменена уже на 17-й минуте матча. На другую ногу. Потом и вовсе пришлось сесть за столик запасных.
  
И там уже почему-то накрыло, донесло, втянуло – кажущаяся чудаковатость происходящего уступила место со-чувствию, со-переживанию. Пронзительный, срывающийся голос Стюарта заговорил вдруг без перевода, на языке приснопамятной древнерусской тоски – Господи, что ж я так одинок, почему мне так плохо, что ж я за дрянь такая, почему я не могу быть тем, кем хочу, почему меня никто не понимает, почему этот мир так погано устроен, я всего лишь хочу любви, но чувствую одну ненависть, прости меня, Господи… Я никогда особо не вслушиваюсь в смысл текстов иноязычных групп, предпочитая наслаждаться музыкой в чистом виде, но тут вдруг явственно проступила повторяющаяся фраза, даже, скорее, молитва – «Dear God, I hate myself» (к слову, так будет называться будущий альбом Xiu Xiu, выход которого ожидается в феврале 2010). Удивительное дело… Это какая-то новая эмоциональная ступень в музыке, новая искренность – но на самом деле хорошо забытая старая. Лет 15 назад Курт Кобейн спел I Hate Myself And Want To Die, а потом выстрелил себе в голову - и это было квинтэссенцией его творчества.
  
Смею надеяться, что Джейми Стюарт пока отложит свое вознесение на небеса и еще поделится со слушателями своим внутренним миром, облеченным в музыку. В конце концов, неважно, как всё это называется – пост-панк, грандж или блюз. Просто хорошему человеку иногда бывает плохо.
 

 

Павел Пересветов