Возвращение Линды

Льет проливной дождь, я бегу от метро к студии, в которой мы договорились поговорить с Линдой. Приехала раньше, поэтом стою, мнусь еще около козырька дома. И все же звоню в ворота студии. Сразу в голове проносятся миллионы образов певицы, какая она. Она определенно странная – именно такая «установка» что ли была у меня в голове.

 

Выходит мужчина, с зонтом, и провожает меня в студию. Там я встречаюсь с Лесей Нестеровой, пресс-аташе «Universal Music», которая и организовала нашу встречу. Мы заходим в комнату, навстречу поднимаются женщина и мужчина. И я начинаю понимать, что это она – Линда. Обычная, в джинсах и рубашке, укутанная в шарф. Она говорит: «Привет!». И Леся их чуть ли не выпроваживает в другую комнату, чтобы показать мне новые клипы певицы, которые снимали в Греции. По ходу просмотра «мужчина с зонтом» бросает: «А вот в этом клипе всадника играю я!». Линда опять другая – не устает меняться. Ее музыка - как всегда пронзительна и неудержима. Она – как всегда разная и  не перестающая удивлять. Клипы на песни «Меченая» и «Толкай меня на любовь» режиссера Марии Скока скоро появятся на музыкальных телеканалах.

После просмотра Леся рассказывает о новом альбоме, чтобы подробнее ввести меня в курс дела.

 

«Альбом выходит 26 сентября. Он будет называться «АлеАда». Над альбомом Линда работала с великим музыкантом и греческим продюсером Стефаносом Корколисом. Он гениальный классический музыкант, талантливый продюсер и композитор. Работал с музыкантами Питера Гэбриэла, с Metallica, Милен Фармер и другими. Это имя в Европе очень известно. Вот пример, в Греции хит-парад – 10 песен. И из десяти семь занимают песни, написанные Стефаносом Коркулисом или исполненные теми, чьим продюсером он является. Альбом Линды получается европейского уровня и масштаба. Пластинка писалась при участии разных интересных персонажей, даже работали с симфоническим оркестром. И сейчас речь идет уже не просто о возрождении Линды, а глобальном продукте – Линда начинает новую историю. Меняется все – и образ, и масштаб – все».

Леся говорит, что поторопит предыдущего журналиста. И начнутся наконец-то «мои» полчаса. Я понимаю, что к выходу альбома «Universal Music» готовится очень тщательно. Каждый день Линды расписан по минутам.

 

Леся возвращается и продолжает:

«Линда еще приняла участие в проект «Nazarei». Это международный проект, в котором участвуют люди со всего мира, они объединены одной идеей – равенство разных национальностей и этносов. И они выбирают несколько персонажей с определенной историей, с background’ом, и фотографируют их. Создают необычный образ. С Линдой работал стилист и визажист, который работал с Бьорк, фотограф специальный. Потом около 10 художников на основе этих фотографий делают свои работы: коллажи, обматывают их нитками, создают инсталляции. То есть это не просто фотосессия. Художники делают свои проекты».

 

Леся заводит меня в студию и интервью с Линдой начинается:

- Спасибо за интервью. Я бы хотела поговорить  с тобой о твоей музыке и о твоих картинах. Расскажи о картинах.

- Это мое хобби, я не могу сказать, что рисую как профессиональный художник. Это то, что меня вдохновляет, что дает мне хорошее настроение. Это тот язык, на котором я могу разговаривать путем красок, путем каких-то своих форм. Поэтому я люблю это делать. Но не более того.

 

- А давно ты рисуешь?

- С детства.

 

- Я видела твои рисунки в Интернете, они очень красивые. Я бы сказала - профессиональные.

- Да нет, что ты. Конечно, мне приятно. Спасибо. Но у меня нет никакой цели добиваться техники. Это просто мое настроение. Меня это удовлетворяет, дает мне какую-то внутреннюю гармонию, счастье, спокойствие.

 

- А как твою живопись можно связать с музыкой?

- А это почти то же самое. Музыка - это язык, на котором ты общаешься. Твой язык, которым ты выражаешь свои чувства, свои мысли. Это то, о чем ты рассказываешь: о близких, о том, что нас волнует сегодня, о том, что нас трогает, о том, что мы переживаем сегодня, о том, чему мы радуемся. Даже когда мы переживаем боль. То есть это происходит путем написания музыки. Работает ритм нашего сердца, который чувствует нашу вибрацию. Тексты, которые я пишу, тоже отражают всю нашу внутреннюю жизнь. Поэтому и любой альбом ты переживаешь. Ты его переживаешь и потом рождаешь. Это так. Это не просто какие-то слова. Это действительно важно. Например, последний альбом – для меня это бесценная работа «АлеАда». Он посвящен очень близким людям. Записали мы его вместе с великим музыкантом и продюсером, классическим пианистом Стефаносом Корколисом. Большая честь  с ним работать. Эта работа получилась такой глобальной. В записи принимал участие симфонический оркестр, который добавил глубинные звуки и подчеркнул наши ощущения боли и радости. Это потрясающий альбом, на мой взгляд. Песни получились очень разными. Очень живые, настоящие, честные. Писались они очень легко, наверно, потому что в тот момент я дышала музыкой, меня больше ничего не интересовало. Альбом записали за месяц. Это очень быстро. Такой работы не было никогда. Каждый день настолько был полон вдохновения, что записывали по нескольку песен сразу. Не надо было думать ни над чем. Все шло, ложилось и сразу записывалось.

 

- А где ты черпаешь вдохновение для музыки, для живописи?

- Понимаешь, вдохновение нельзя черпать. Оно либо есть, и ты живешь в нем. Ты встаешь и хочешь переключиться на какие-то вещи, которые тебе хочется высказать.  В тебе столько всего накопилось, что есть, о чем поведать. Если же тебе нечего сказать, ты не должен этим заниматься. Потом ты отпускаешь это от себя, для того чтобы дать этому иную свободу, не  в тебе. И чтобы и ты смогла также свободно вздохнуть. Наверно, так устроена человеческая внутренняя сущность. Некоторым людям это близко, и они восприимчивы. Вдохновляет меня, в принципе, сама жизнь. Любые ситуации, даже самые печальные. Разные мысли. И именно рождение мысли – это и есть вдохновение. Дальше работает твоя фантазия. А фантазия безгранична.

 

- Но все-таки ты певица и только потом художник. Но ведь живопись и музыка – это такие разные виды искусств.

- Мне кажется, творчество – это все одно искусство. Потому что живопись очень похожа на музыку. Когда ты смотришь на картину, ты слышишь ее музыку. Ты смотришь на картину, и она дарит тебе свою энергетику. И когда ты рисуешь, ты живешь в своем ритме, в своей музыке. Жизнь – это, вообще, один жест одного танца, одной картины, одной песни. И для  каждого человека это индивидуально. Наша речь – это уже музыка. У каждого свой акцент, свой голос, дыхание. В принципе, если записать свой голос, то можно создать песню. В этом есть живой ритм, живая энергия, которую ты слышишь. Даже тишина – это музыка. В ней есть абсолютный покой. И тишина позволяет услышать себя изнутри. Это очень важно. Но это очень трудно сделать. Это невозможно сделать.  Ведь мы живем в таком суетном, бесшабашном мире, что не можем остановиться. Становишься рабом. Ты зависишь  от каких-то простых вещей. Элементарно, человек становится рабом своих желаний, своих привычек, своего комфорта. Если этого нет, то он уже несчастен. Ему некомфортно. Это ужасно. А творчество… Творчество отрывает нас вот от этой бытовухи, поднимает тебя над этой приземленностью. И ты радуешься этому. Потому что творчество дарит тебе счастье и дарит возможность делать добро. Это не просто слова. Это действительно так. Чувствуешь, что это позволяет что-то дать человеку, и ты счастлив. Взамен же ты ничего не ждешь. Потому что ты счастлив от того, что отдаешь. Но ведь обычно когда мы что-то отдаем, мы требуем чего-то взамен. Поэтому и нужна музыка. Поэтому нужно искусство, нужно творчество, нужны люди, которые отрываются от всего этого и которые своей энергией что-то создают вместо себя. И если у них нет коммерческих целей для создания музыки, то она всегда будет жить, она всегда будет бесконечна. Масса же примеров гениальных людей, которые оставили после себя шедевры – как в живописи, так и в музыке, литературе, истории, культуре. И вот эта масса она есть и в каждом времени будет. Не только же зла много. Конечно, оно поглощает. И добра меньше, чем зла. Но все равно его много. Добро как растение. Его надо чувствовать, его надо беречь, его надо рождать. И тогда оно будет давать плоды.

 

- Но ведь сейчас всюду царит коммерция.

- Время такое. Но оно меняется. Это закончится, потому что не может долго продолжаться. Это все недолговременно. Потому что отрезок времени человеческой жизни, мира не для этого создан. Это, может быть, таким наваждением.  И я думаю, что скоро это закончится. Возникает уже сейчас что-то новое, необъяснимое, прогрессивное, вечное. А это умрет. Сейчас эпоха нового возрождения. Это произойдет. Просто примитив, сладкая приплющенность ничего под собой не имеют. Это просто оболочка и все. Мишура. Обязательно все изменится. Мир настолько силен, что он просто не потерпит этого  унизительного существования.

 

- Как ты познакомилась со Стефаносом Корколисом?

- Нас познакомил Дэвид Джанк, генеральный менеджер Universal Music Russia. Он дал ему послушать наши записи, и Стефанос сказал, что мы – те люди, с которыми он хотел бы поработать. Мне было невероятно приятно. Он ведь гениальный музыкант. С четырех лет выступает. Почти с этого же возраста пишет музыку. Я счастлива, что с ним работаю. Я ему очень благодарна. А еще благодарна своим музыкантам, с ними я работаю 10 лет. И у нас просто полнейшее взаимопонимание.

 

- Знаешь, ты уникальная, на мой взгляд. Ты так выкладываешься на концертах. Ведешь себя как дикая кошка. А тут в студии, я понимаю, что ты очень спокойный человек.

- Ну, просто когда я разговариваю с тобой, я спокойная. А как мне еще общаться? Но если я зайду в студию записывать песню, я опять стану неудержимой. Просто так всегда. Это из-за музыки. На самом деле, я была очень странным ребенком. Ребенком, витающим в облаках. Конечно, со мной было трудно из-за этого. Но с детства в семье я была окружена любовью. Я выросла в любви и всегда ее чувствовала. Я родилась в маленьком городе Кентао в Казахстане. С детства слушала этническую музыку, особенно греческую, потому что у нас в городе 90 процентов жителей были греки. Это был такой детский рай. Я жила как в сказке. Я и сейчас вспоминаю его только с любовью. Там я начала рисовать. Потом мы переехали, и я попала из рая в ад. Представляешь, я попала в место, где с тобой никто не общался, где твою семью, твой дом обходили стороной, где в тебя кидали камнями только потому, что ты принадлежишь к еврейской национальности. Я как раз достигла переходного возраста. И замкнулась в себе. И перестала рисовать. И начала слушать музыку, очень много музыки. Потом все это прошло, мы переехали в Москву, и я снова вернулась к рисованию. И осталась музыка. А полгода назад умерла моя мама. Она очень любила то, чем я занимаюсь, и всегда меня поддерживала. И сейчас я понимаю, что даже если ее нет рядом, связь с ней всегда есть и будет. И я знаю, что мы обязательно еще встретимся. Я в это верю. Она мне показала свою кардиограмму, и эта кардиограмма связывает меня и ее. И будет связывать всегда.

 

- А что для тебя важнее – быть певицей или художником?

-Я не могу выбрать что-то одно. Музыку или рисование. У меня даже в квартире одна часть отдана для картин, сделана как художественная студия. А другая – как музыкальная студия. Преимущества ни для чего нет. Просто ни без музыки, ни без рисования я не смогу жить. Музыка и живопись – это одно и то же. Оба дарят что-то нереальное. Но я не певица, я музыкант. Певица – это, кто отдает большее предпочтение вокалу. Для меня же главное – это музыка и тексты, которые я пишу. Так что, да, я музыкант.


- А где можно увидеть твои картины?

- Они есть на моем официальном сайте, есть у моих поклонников. Мои поклонники, они  самые лучшие. Вот у них прямо есть альбомы с моими рисунками. Еще дарю картины своим друзьям, потому что иначе они не будут жить.

 

- Но ведь ты себе противоречишь. Ты не хочешь устраивать выставки и при этом даришь картины друзьям?

- Выставку я не буду устраивать, потому что не занимаюсь этим профессионально. У меня была, скажем так, «выставка» в одном музыкальном магазине. Просто так совпало, что открывался магазин, выходил наш новый альбом. И организаторы предложили: «Давай порадуем твоих поклонников». Я согласилась. Но о большем я никогда не мечтала. Хотя, знаешь, это хорошая идея. Я обязательно о ней подумаю.

 

Автор: Елена Мухаметшина

Фото:  «Universal Music»