Те же, там же: Крис Ботти мил и беззаботен

Smooth-джазовый трубач Крис Ботти (Chris Botti) приехал в Москву вскоре после записи нового альбома Impressions, буквально накануне мирового релиза. Это позволяло надеяться на новый материал в концертной программе. Увы, отличий от прошлогоднего выступления практически не было, сюрпризов ансамбль Ботти не преподнес. Что ж, кто предвыборным обещаниям верит, тот сам дурак. Да и сама программа не сказать, что стала лучше подобно вину, скорее похоже, будто ее несколько передержали. Инструментальный состав бэнда также не изменился, хотя кроме трех «постов» все были заняты новичками. Казалось бы, вливание свежей крови должно благотворно сказаться на организме. Однако, если в джазе традиционно ценится индивидуальное мастерство исполнителя, творчество Ботти однозначно ближе к поп-музыке: здесь правит балом аранжировка. Сольное «эфирное время», где музыкант может проявить себя как самостоятельная личность, сценарий шоу предусматривал лишь изредка, и не всем удалось им достойно воспользоваться.

Приятно запомнился Джеффри Кизер (Geoffrey Keezer), который несмотря на молодой возраст уже успел заработать имя на современной джазовой сцене, а теперь благодаря работе с настоящей звездой имеет шанс приобрести более широкую известность. Кизер совместил роли сразу двух участников прошлогоднего состава: пианиста Билли Чайлдза (Billy Childs) и клавишника Энди Эзрина (Andy Ezrin), играя поочередно (а иногда одновременно) и на рояле, и на синтезаторе. Свое соло в модальной композиции Flamenco Sketches он начал выстраивать с двух гипнотизирующих басовых нот в левой руке. Этот рифф сыграл в развитии пьесы роль свежего ветра после довольно однообразной аранжировки, где вторая половина каждого «квадрата» ускорялась до темпа другой вещи с того же альбома Kind of Blue Майлза Дэвиса (Miles Davis) – So What (в аккомпанементе Кизер время от времени повторял характерную пару аккордов в конце фразы).

 

 

Перед этим номером Крис Ботти интригующе объявил, что сейчас на сцену выйдет специальный гость и прекрасный саксофонист. Это, пожалуй, могло бы претендовать на статус сюрприза: в прошлом году труба была единственным духовым на сцене. Однако кого же сегодня изумишь Игорем Бутманом? Он продемонстрировал классную игру и мощный голос своего тенора в нескольких композициях, особенно удачным было длительное соло под прозрачный аккомпанемент без смены гармонии, на одном лишь ритме. Одним словом, не удивил.

 

Душа упрямо жаждала сюрприза, и встрепенулась было, когда Крис представил уругвайца Леонардо Амуэдо (Leonardo Amuedo) рассказом, как попросил у гитариста совета, что бы такого радикально отличающегося от всего остального разместить в середине альбома, и тот ответил с акцентом а-ля Антонио Бандерас: «Давай запишем песню Майкла Джексона». Вообразить в исполнении глянцевого красавца Ботти «лунную походку» под ритмы какой-нибудь Billy Jean было бы и правда забавно, но дуэт трубы и гитары исполнил медляк You Are Not Alone, похожий на все остальные номера программы как два всплеска волны – особенно на последовавшую Hallelujah Леонарда Коэна (Leonard Cohen). Игра самого Амуэдо представляет довольно любопытный симбиоз: в ней недвусмысленно слышно как его латиноамериканское происхождение, тяготение к пальцевой технике бразильской гитары, так и осторожный интерес к современным технологиям. Одна из его электрогитар не имеет корпуса, а солируя в более динамичных номерах, он иногда включает «синтезаторную» примочку в духе Пэта Метини (Pat Metheny).

 

Однако он был менее заметен в жесткой рок-версии Indian Summer под занавес шоу. Здесь блистали (точнее, играли практически вдвоем – сам Ботти наблюдал за происходящим со стороны) Ричи Гудз (Richie Goods), вышедший на передний край сцены с довольно стандартным слэповым соло на бас-гитаре, и ударник Билли Килсон (Billy Kilson), сорвавший настоящие овации виртуозным шоу почти исключительно на одном «хай-хэте», который он буквально растерзал обеими палочками ударами сверху и снизу.

 

Не считая самого Ботти, Килсон единственный из участников прошлогоднего концерта присутствовал на сцене постоянно. А в качестве special guest в отдельных номерах трубачу вот уже несколько лет помогает вокалистка Лиза Фишер (Lisa Fischer), известная по работе в группе Rolling Stones. На пару с Крисом они провели мастер-класс элегантного непринужденного сценического поведения. Во время лаунжевой кавер-версии The Very Thought of You оба спустились в зал и ходили по рядам (в соло Криса к цитате из Girl from Ipanema на этот раз добавилась I’mBeginning to See the Light). Выходя за кулисы, Лиза встала в боевую стойку, вызывая невозмутимого охранника на краю сцены на дуэль.

 

Кульминацией концерта и самым трогательным моментом стала ария Nessun Dorma, для исполнения которой на сцену вышли все, в том числе молодая украинская скрипачка Аурита Дука, занявшая место Эрин Шрайбер (Erin Schreiber) в прошлогоднем составе, а также сценический оператор ансамбля и приглашенный Крисом из зала 12-летний мальчуган Тимофей. Последнего водрузили на сиденье барабанщика, вручили палочки и велели сидеть спокойно и колотить по сигналу. С задачей он справился: усердно пробарабанил финальный туш в шесть рук вместе с техником и Килсоном, заработав свои несколько минут славы под объективом папиного айфона.

 

Бескомпромиссный аншлаг на двух концертах с промежутком в год - знак того, что Москва обязательно попадет в плотный гастрольный график Криса еще не однажды. Будет здорово, если расписание позволит ему к следующему разу не только выпустить пластинку со звездами (в записи Impressions принимали участие не кто-нибудь, а Марк Нопфлер(Mark Knopfler) и Херби Хэнкок (Herbie Hancock), которых в турне под своим именем не позовешь), но и подготовить новую программу со своей группой.

 

Виктор Гарбарук