Сольное выступление Леонида Федорова в ЦДХ. Две стороны одного концерта

В ЦДХ – аншлаг! Леня Федоров дает сольник. Как всегда неприветливые билетерши, как всегда Олег Коврига как всегда с бородой, как всегда с горой вкусных дисков (почти дед мороз круглогодичный), на которые люди, пришедшие на концерт, слетелись как мухи.

 

    Какая-то важная тетка пыталась командовать парадом и свернуть торговлю дисками, чтобы развернуть концерт. Но она совершенно не смогла повлиять на ситуацию. Все произошло само собой.

Выключился свет. Все замерло в ожидании артиста. И не выдержав, местами зал орал отчаянно «ЛЕНЯааа!». Темнота. Выходит Федоров – тишина лопается аплодисментами. И сквозь них едва слышно пробиваются ритмичные щелчки. Зал затихает. Леонид берет гитару – что-то продолжает щелкать, как детская заводная игрушка. Вглядываюсь в темноту своими  минус два с половиной в очках... и вижу – точно, игрушка с горящими красными глазами крутится на сцене. Концерт начался.

    Два микрофона. Две гитары. (Вторая гитара так и пролежала, смотря на зрительный зал и своего повелителя из приоткрытого чехла). Концерт шел как по взлетной полосе, постепенно набирая скорость, постепенно погружая слушателей в зачарованный мир звуков, слов эмоций и чего-то еще невыразимого. В паузы, когда Федоров подстраивал гитару для следующей песни, зал пытался заказывать как в ресторане любимые блюда:

- Немцы!

- Пионер!

- Лень, спой «Сироту», пожааалуйста!

     Леонид только слегка улыбается на это и начинает петь то, что хочет. И публика расползается от удовольствия. Пауза. Федоров пробует струну, нажимает на какие-то педальки, добиваясь нужного звука. Снова просьбы и заказы. Возглас: «Леня, сколько же у тебя песен!». «Леня, скажи, а зима будет?» - «Будет», - отвечает Федоров и снова поет свое...

    Федоров никогда не общается с публикой, может быть, совсем короткие реплики, иногда... Не могу сказать, что Федорову как-то наплевать на зал, нет, это не те слова. Мне кажется, что он просто погружается в свои песни как в транс. Когда он поет, ощущение, что через него проходит высоковольтное напряжение. И такое впечатление, что более тесным общением с публикой, он боится спугнуть это состояние. И зал, будто это чувствует, и во время исполнения до боли знакомых и родных, близких сердцу песен, хоровые пения не устраивает. Отрываясь в паузы, просит любимые песни. Странно, что  никто не клянчит хитовую, хорошую, но засаленную ротацией «Дорогу». И только эта мысль в голове щелкнула, как робкий голос где-то слева: «Дорога». «Леня, дорогу не поет!» - отвечает мой сосед, практически крича мне в ухо.

    Но для меня самым, пожалуй, кульминационным моментом концерта стало исполнение «Печали». «Все печаль моя, грусть печаль моя» плавно перетекла в «Стою в будке весь мокрый, Денег! Вышли мне денег!» (В песню «Крым» Петра Мамонова). Я думала меня разорвет от эмоций.

    А потом случилось то, что перевернуло для меня концерт верх дном. Накрыло его медным тазом. Убило для меня все предыдущие эмоции...

    В центре зала сидел человек, который мешал, по-видимому, рядом сидящей публике. От меня он сидел несколькими рядами выше, поэтом не могу сказать, в чем именно этот человек провинился. Пришли двое охранников в сопровождении двух администраторш. Своим топотом и разгоном зрителей, сидящих на ступеньках, они порождали почти гестаповские ассоциации. Двое охранников стали поднимать дядьку с места. Мимо меня его пронесли все равно что мешок не буду говорить с чем: за ноги, за руки так, что мужичок, чуть все ступеньки головой не пересчитал... и вынесли из зала. Хотелось встать и сказать, и возмутиться. Но я не встала... и не сказала... И никто не встал. Всем было наплевать. И мне, значит, тоже было наплевать. Федоров пел, концерт шел. Только мне захотелось встать и выйти из ряда вон. Но я не вышла. Но что-то ушло. Оставшуюся часть концерта я сидела, как бы по ту сторону концерта. Как будто крышка от волшебного ларца захлопнулась. И не сочится больше их него волшебный свет.

   «Тай ли тики так и я, Бьются губы о края» – Леонид поет «Якоря» и уходит со сцены, кидая гитару.

   «Леня!», «Браво!», аплодисменты. Леня выходит с сигаретой в зубах, подбирает гитару. Сигарету кидает в пластиковую бутылку с водой. И поет «Зимы не будет». «А-а-а, О том и пела, А-а-а, А жизнь летела, О, Потому и нет его». Снова кидает гитару, которая продолжает петь зацикленный аккорд... Аплодисменты. Зрители медленно стекаются к выходу. «Освободите помещение, пожалуйста!» - говорит женский голос со сцены. Да-да спасибо, уже выметаемся, спасибо за гостеприимство.

   

P.S.Впервые я Леонида Федорова увидела все лишь год назад. На фестивале Авант. Он тогда меня потряс своей энергией. Он пел-пел-пел как заведенный. Какая-то женщина говорила: «Леня, хватит пойдем домой, дети идите домой, метро закроется», а Леня пел. А нас перло и растопыривало в разные стороны от восторга. Нас было немного, мы сидели прямо на сцене и ловили каждый звук. Я боялась, что все это закончится. И каждый раз, приходя на концерт, я пытаюсь поймать тот же кайф, но каждый раз что-то обламывает... И не Леня обламывает... а обстановка вокруг. Не везет мне... Вот сейчас допишу предложение. Поставлю точку. И включу «Лиловый день». И станет мне лучше... это я знаю точно!

 

 

Автор: Дарья Харченко

Фото: Афиша Волна