Регина Спектор: свидание вслепую

Это могло бы быть дорого и пафосно. Артист мирового класса - Регина Спектор, впервые в Москве, «Крокус Сити-Холл», туалетные комнаты как метафора бесконечности, уходящие ввысь потолки, крохотные десерты по кусачим ценам и лощеные кельнеры в буфете.

А, оказалось, как свидание после долгой разлуки.

Эстетическое удовольствие от зрителей: грустный человек в кипе, женщина с рыжими кудрями и платьем в пол, близняшки с челками и рубашками в мелкую красную клетку, держатся за руки, шорты по колено. Девушки в полосатых футболках и красных капри. Мальчик с умными глазами в футболке с каноническим Достоевским и его подруга, в белой блузе, черных шортах и многочисленных бусах – на запястьях, шее, вокруг головы.

 

И все такие разные. И в каждом немного от Регины.


И до тех пор, пока она не вышла, не верилось, что она тут, она приехала. Это странное ощущение, вот, кажется, недавно ты слушал ее в своей комнате, тихую, из динамиков, такую удивительную и близкую – а на самом деле лет семь уже, что ли, прошло. И так хотелось слушать и слушать ее, по разным поводам, и в каждой песне была своя история и своя тайна, и мечталось поехать на ее концерт в небольшой американский город или в европейский мюзик-холл. И даже не мечталось, что она когда-то доедет к нам сама. А она приехала. Только познакомиться осталось.

 

То, что волновались мы, это несомненный факт – ведь когда стоишь на концерте посреди волнующейся толпы, ты начинаешь чувствовать за всех. Понимать, что на эти два часа мы все – единое целое, и нельзя толкаться, и надо помогать друг другу, и не загораживать. И любить Женечку, который был на разогреве – Only Son по их, по-американски. И ты стоишь посреди людей, вот-вот выйдет Регина, и Боже, как же ты волнуешься – а вдруг мы ей не понравимся?

 

А она стоит за сценой и вытирает руки о платье. Волнуется тоже.


Сначала а-капелло Ain’t No Cover, потом заводная The Calculation – все получилось, теперь можно с нами поговорить. И в эту секунду так сильно хотелось, чтобы она сказала нам что-то особенное, чуть-чуть больше, чем всем остальным, другим. И мы аплодисментами это, как могли, выразили. А Регина нам после «Спасибо!» вдруг возьми и скажи:

 

«Эй, как вы там, в темноте?» И все осветилось.

 

Словно включились прожекторы в ее шоу, которые то и дело падают на лица людей, делая нас участниками действа. Как ее изобретательная музыка, в которой ты тоже важен и нужен – мы, право, не знали, что толпа может работать как еще один ее инструмент, выдавая синкопированные ритмы ладонями и настоящие вокальные спецэффекты. Как ее тексты, насыщенные литературными, библейскими, житейскими аллюзиями. Каждая песня как история, куда можно вмечтать себя – маленький городок, в котором есть мясной рынок ниже по улице; туда ходит молодежь, немного влюбленная друг в друга. Грустный мальчик, которого ты решаешься поцеловать по-взрослому, чтобы он улыбнулся. Париж в дождь… И вся она, талантливая и гармоничная, весь ее образ, мягкая манера речи, ее звучное имя, составленное из разноцветных ярких букв, забавная и милая внешность… 

 

- Наверно, можно на ты…
- Регина, ты прекрасная!

 

Она даже успела немного показать нам характер, когда попросила заткнуться особо голосистую девицу с галерки. «Не мешайте людям слушать!» И когда мы наконец дождались Samson – которого весь концерт на русский манер просили так: «Самсона спой, пожалуйста!», мы подпевали самым нежным пианиссимо, на которое были способны. 

 

 Анастасия Валеева