Ольга Арефьева и Ковчег в «Апельсине»: «Я дезертир без чувства вины…»

 «Я - дезертир
В борьбе за мир
Не за совесть, а за страх,
Я - дезертир,
Я командир
Тех, кто в бегах,
Кто не в боях.
Кто не в боях
И не в строю,
Не на рогах
И не в раю,
Не во врагах,
Не в дураках,
И я пою -
Не воюй со мной, не воюй,
Не шагай в строю, не маршируй,
Не стреляй в своих, 
Не стреляй в чужих,
Не воюй со мной, не воюй»

 

«Дезертир», альбом «А и Б».

Воскресенье, вечер. На улице почти никого не встретишь. Все или бурно где-то уже «тусят» либо в семейном кругу попивают чай и ведут интеллигентную беседу… о целях, заслугах… Но нет на привычном месте некоторых людей. Все они собрались в едином пространстве под названием«Апельсин». Ведь сказано же, на афишах города: « Ольга Арефьева и Ковчег, новый альбом и лучшие песни».

 

Перед клубом подозрительно никого нет. В голове неприятно щелкает: «Так,  ну часы же я вроде переводила?". Но нет, все на месте. Просто поклонники Арефьевой – народ на удивление деликатный, уж постарается прийти заблаговременно.

 

Клуб «Апельсин» достаточно наполнен, хотя и сохраняет свою природную просторность. В колонках успокаивающая душу этника. Она мне не дает покоя. Приходится подойти к звукорежиссерам. Любопытство. Звукорежиссеры машут рукой в сторону спрятавшегося за навесом молодого мужчины с бородкой. «Это мой сборник играет, пишу такую вот музыку. Я обычно по пятницам играю в«Ротонде»» - мило улыбается мне человек. На найденной заботливо режиссерами бумажке выводит название композиций: «Fan de Mental, Kjedje Nin, Susheele Ramen. Сережа Нестеров. Приходите!». И даже пишет зачем-то телефон. Обещаю прийти, даже говорю: «Конечно».

 

Ольга Арефьева показывается в длинной «разноликой» юбке, сзади она то ли серебряная, то ли белая, а спереди, лицом к слушателям, черная…

 

Этника Нестерова замолкает и уже бьет непривычно по ушам электричество «Ковчега». Хочу сфотографировать, но одолевают сомнения по поводу вспышки (и небеспочвенно). Решаюсь, яркий свет и тут же Арефьева мгновенно вскидывает нестрого, но решительно рукой, пытаясь закрыть лицо.

 

«Ночь 1000 волков», «Танец с полотенцем» «Поезд за горизонт», «Хамелеон», «Фига»…

 

А я не умею петь,
Зато я играю на флейте,
А ты умеешь сопеть,
А вы - ничего не умейте!

 
«Фига»

Арефьева из каждой песни делает целое произведение искусства. То палку с платочками возьмет, закрутит ей, то достанет варган из закрома и начнет «дрын`деть» и это, не считая того, что на сцене почти при каждой песне появляется театр-перформанс Kalimba… Они в такт танцуют с солисткой, также размахивают платками и кружат-кружат-кружат… А, например, на песне «Фига» появляется девушка-сурдопереводчик, которая жестами воспроизводит содержание песни…

 

Не прекращает отголосками звенеть в ушах первая песня, как Арефьевой какой-то молодой человек приподносит хлопок (!), не проходит и второй песни, как Ольге снова дарят… но на этот раз розы… И снова… цветы, красные, белые, снова Ольга улыбается, кивает и смущенно произносит: «Спасибо! Может, еще раз свое День Рождения отметить?». (прим. автора – День Рождения Ольга Арефьева отмечала в концертном зале «Мир» на презентации альбома «А и Б», 21 сентября).

 

Все, кто пришел, тоже, видно, благодарны. Кто-то не выдерживает и кричит: «"Дорогу в рай", Оля!!».  Оля подходит к самому краю сцены и просит всех немного отойти. Все повинуются. На следующей песне выходитKalimba с шарами размером с тыкву, внутри которых горит небольшая свечечка. В атмосфере царит потрясающая атмосфера, слова не подбираются… Все таинственно, невесомо… Но вот момент - и Арефьевауже скачет как семилетний ребенок, подпрыгивает вместе с платками, кудряшками и юбками, весело размахивая руками! Ну вот, к примеру, исполняя песню «Орландина», Ольга плясала вместе с человеком в обличье скелета. Она поет, поет, вдруг опускается к микрофону и вновь появляется на публике с каким-то клубком, резко его отпускает и в двух ее руках начинают танцевать вместе с ней маленькие скелетики. Один падает, но Арефьева ловко поднимает его и продолжает куролесить… Что в конце? Она обнимается со скелетом! Кстати, я давно не слышала эту композицию Хвоста не в радийном воспроизведении и удивилась тому, что вместо «люцифер» и «сатана», Ольга поет «злая смерть»…

 

Перерыв. Снова возвращается в сознание этника Нестерова. Хорошая все-таки у него фамилия… Народ тянется ближе к сцене. Освещаются лица, просветляются глаза… Время снова начинает тянуться как дешевая жвачка…

 

…А тем временем на сцену, подталкиваемая родителями, нерешительно выходит маленькая девчушка и одиноко, но деловито встает в самом центре. Все, кто это видит, начинают хлопать, а кто не видит, суетливо вытягивают шеи, дабы снова улицезреть команду. И… срабатывает! 
Под аплодисменты выходит сначала Сергей Суворов, басист, а за ним и все… Малышка улыбается и поспешно скрывается с глаз.

А наша Ольга уже успела переодеться - мини-юбка, топ. И затягивает «Скоро зима», выводит за руку чудо-ребенка и начинает ее кружить.

 
«Осень», русская народная песня про лебедушку, «Панихида по апрелю»… и в зал летят самолетики…

Зал не перестает кликать: « "Флейту"! "Дорогу в рай"!». Как и все нормальные поклонники, пришедшие хотят услышать заглавные песни. Суворов не выдерживает: «Ну будет вам, будет! Вы же взрослые люди!». И вправду – взрослых много, но все как дети, и пускаются в пляс, и детскими доверчивыми глазами глядят наАрефьеву… Я? В первую очередь.

 

В какой-то момент все музыканты исчезают, словно никого и не было, нам велено ждать очередной сюрприз. Ольга остается соверешнно одна, берет гитару, выпрямляется и запевает:

 

Мама-мама,
Что мне делать в чужой стороне,
В неизвестной войне, на убитом коне в нелогичный приход?
Мама-мама, почему я всё время вовне,
В этой странной возне на разбитой плюсне ковыляю вперёд?

 

Постепенно из тени показываются и клавишник, и басист, и гитарист, и барабанщик… последний начинает хлопать и зал ему отвечает…

Арефьева довольная, периодически отстраняющаяся от вспышек фотоаппаратов, спрашивает у всех : "Что спеть?". Все, конечно же, вразнобой выкрикивают. Оля смеется, прислушивается, про себя то ли протестует, то ли соглашается, а потом Акимову – «М!». И кивком головы понятно – она решилась!

 

«Флейта»! Kalimba! Бенгальские огни! Все горит, все взрывается от этих волшебных палочек!

Героиня бала снова куда-то пропадает. Казалось бы, все, группа выполнила свой служебный долг, вот-вот и останется занудно кричать «На бис, на бис!», но на этот раз Оля появляется в знакомом обличье. Да, это пушистые ангельские крылья… «Акуна матата…» Иначе и быть не может. «Дорога в рай». Иначе? Не запланировано, что вы. Арефьева странно поет эту песню, не то чтобы вызубрено и неестественно, нет, у песни появился новый оттенок. «А ты играй, а ты играй, играй, может быть увидишь дорогу в рай!». Мы играем. Мы верим. Все идет своим путем, все идет в своем темпе, ритме, нота за нотой… С какой-то недюжинной твердостью.

 

«Бас-гитара – Сергей Суворов! Барабанщик -  Лукъянчук! Гитара – Дюша! Клавиши – Петр Акимов! Спасибо! У нас все получилось!».
 

Уходят. Тут выбегает на сцену на вид тридцатилетняя дама и жалостливым голосом просит ребят вернуться на сцену. Охранник мило и интеллигентно подхватывает женщину под руку и уводит вниз по лестнице со сцены.

 

И… музыканты слушаются и возвращаются. Теперь уже прощаются  - «Прощай, детка!»

Оля: «Я вас люблю!».

И вот уже опять Нестеров… Лишь жалостливый голос женщины продолжает раздаваться где-то эхом, мирно, с каким-то нежным сопеньем…

 

На улице – снег…
Наконец-то пошел первый настоящий мохнатый снег… 

 

У меня два имени - Нет и Да,
У меня два времени - Здесь и Всегда,
Я иду по воде, потому что во мне
Завтра был лёд, а вчера будет снег.

Я снова жива, как вода и трава,
Мне плевать на всех тех, кто не верит в слова,
Кто сжигает дрова, не давая тепла -
Мне важней, чтоб вода в этом русле текла.

         Только не плачьте!
         Флаги на мачте
         Мы живы, только не плачьте…

 

«Только не плачьте»

 

Автор: Елена Гуткина